к прологу 1
1. В
каком году – высчитывай...
В каком году разворачиваются события поэмы определить
достаточно легко. В прологе второй части, озаглавленной
"Последыш", Влас рассказывает странникам: "Явилось
Положение..." (чII
– прII),
а Положение явилось 19 февраля ст. ст., далее он
говорит: "Не три – четыре месяца, а целый век..." (чII
– пpIII),
таким образом очевидно, что действие поэмы происходит в
1961 г. Кроме этого, конкретного указания, в поэме
присутствуют и другие уточняющие временные обстоятельства:
"А время уж не раннее, подходит месяц май..." (чI
– пp),
затем: "Петровки, время жаркое, в разгаре сенокос..." (чII
– пpI)
и, наконец: "Вся овощ огородная поспела..."
(чIII – пp)
Таким образом, время действия поэмы, во всяком случае
первых трёх её частей, не может вызывать сомнений. Эти
же временные вехи подчёркивают и последовательность
событий.
2.
В
какой земле – угадывай...
Некрасов не скрывает, что события разворачиваются на
Руси. Он предлагает читателю самому определить место
более конкретно, это во-первых, а во-вторых,
подчёркивает, что подобное происходит повсеместно. А нам
приходится согласиться, что и сейчас ничего не
изменилось. Но так было и до Некрасова: "Нападая на
Россию, Карл XII рассчитывал на грабёж населения. Но
весной 1708 г., когда, разделавшись с Польшей, шведские
войска вторглись в Россию, они не встретили на своём
пути ни единого богатого населённого пункта"1.
Следует заметить, что ни в Польше, ни в Германии Карл
XII подобных затруднений не встретил. С горечью
приходится констатировать, что от Полтавской битвы нас
отделяют три столетия, но, как прежде, так и сейчас, в
самой богатой стране мира живёт самое бедное население.
Но вернёмся к поэме. И относительно места действия мы
находим в ней указания. "Сиротскую держал Ермило
мельницу на Унже..." (чI
– глIV)
Река Унжа протекает по Костромской губернии и там же
впадает в Волгу. "Пришли на Волгу странники..." (чII
– пpI)
Вполне вероятно, что к Волге их привела Унжа.
Простившись с гостеприимными вахлаками, странники
поднялись вверх по Волге до р. Костромы, затем вверх по
р. Костроме поднялись до впадения в неё Корёги. "Не
даром есть пословица, что нашей-то Корёжины три года
чёрт искал..." (чIII
– глIII)
Вот в этом медвежьем углу и ищут "наши странники" кому
живётся весело, вольготно на Руси. Наши географические
изыскания подтверждаются ещё и тем, что "в губернском
городе с полком стоял Шалашников" (чIII
– глIII)
и в этом же городе "стоит из меди кованный мужик на
площади. – Чей памятник? – Сусанина..." (чIII
– глVII)
Этим губернским городом является Кострома, где и стоит
памятник Сусанину. Недалеко от села Сусанино, откуда
Иван Сусанин родом, уже четыреста лет стоит памятный
знак, отмечающий место, где должен стоять ему памятник.
3.
На
столбовой дороженьке...
Столбовыми назывались дороги, на которых устанавливались
верстовые столбы. Сейчас это дороги федерального
значения. Как справедливо заметил иностранец, по нашим
дорогам, даже федерального значения, ездить нельзя, они
только указывают направление.
4.
Сошлись семь мужиков...
Семёрка фигурирует во многих национальных фольклорах,
если не во всех. Несомненно, что это связано с
семидневным циклом одной фазы Луны. Но особенно
предметно, рельефно
семёрка представлена в русском фольклоре:
«Один
с сошкой – семеро с ложкой»;
«Служил
семь лет, а выслужил семь реп!» (Столп,
с. 133);
«Семь
бед – один ответ» и т. д. Не раз встречается это число
и в данной поэме, например:
«Слетелися
семь филинов». (чI
– пpI)
5.
Семь
временнообязанных...
«...подвергал
себя «единовременному и унизительному для него
совместному сидению» с каким-нибудь Гришкой-поваром,
который никак не хотел отслужить заповедные два года».
(Отец
и сын, с. 224)
6.
Заплатова, Дырявина...
«Все
трое были представителями русской культурности: один,
Василий Иваныч, ехал из Парижа; другой, Павел Матвеич, –
из Ниццы; третий, Сергей Федорыч, – из Баден-Бадена, в
соответствующие города: Навозный, Соломенный и
Непросыхающий».
(Привет,
с. 585)
И сегодня можно ещё встретить такие, милые сердцу
россиянина наименования; мой кум живёт в селе Огрызково.
Это село недавно стало районом г. Бологое, но в нём
всё равно нет ни газа, ни водопровода.
7.
Сошлися – и заспорили:
/ Кому живется весело, / Вольготно на Руси?
То, что выделено красным цветом, и составляет
содержание, точнее, план всей поэмы. В соответствие с
этим планом автор успел написать только две части.
Третья часть, "Крестьянка", сама ворвалась в это
произведение.
8.
Косушки по три
выпили...
«Косушка
(косуха, сороковик) – русская единица измерения объёма
жидкости, применявшаяся до введения метрической системы
мер. Использовалась для измерения количества
винно-водочных напитков. 1 косушка = 1/40 ведра = 1/4 кружки =
1/4 штофа = 1/2 полуштофа = 1/2 водочной бутылки = 5 шкаликам =
0,307475 литра. В царской России в кабаках по закону
водка из бочонка должна была сначала наливаться для
правильности в казённую мерку, которую называли «крючок»,
а потом уже – в посуду. Существовало 4 вида таких мерок,
различающихся размерами: штоф, полуштоф, косушка и
шкалик». (Википедия)
Следовательно, ведро равнялось 12.3 литра.
Как может убедиться сам читатель, составители наших
словарей, в том числе и энцикло-педических, совершенно
не в курсе старинных русских мер объёма. Сегодня
сороковушка (косушка) составляет 250 гр., то есть, ведро
равно десяти литрам.
Исходя из вышеприведённой информации, можно сделать
вывод, что мужички выпили никак не менее, чем по 900
гр. Конечно, драка их несколько отрезвила, но потом,
обратите внимание: "Откудова ни взялися / Две дюжие руки /
Ведро вина поставили..." А как мы теперь знаем: в ведре
сорок косушек. Да-а-а, были люди!
Правда, можно предположить, что как и сегодня, например
в Огрызково, так и прежде целовальники сильно разбавляли
водку водой.
#. В том-то и сила, чтобы безо всякого права (0865)
